Джозеф Генри заложил основу для создания телефона
Хотя Джозеф Генри прославился как первый директор Смитсоновского института, он во многом был первым и лучшим защитником телефона. Сам Александр Грэм Белл сказал об этом, заявив после смерти великого ученого: «Если бы не Генри, я бы никогда не взялся за самый первый телефон«.
Генри родился в 1797 году в Олбани, штат Нью-Йорк, и поначалу казалось, что он предназначен для жизни на сцене. Он основал собственную театральную труппу, для которой писал, режиссировал, играл и создавал сценические эффекты — и все это еще до того, как ему исполнилось 16 лет. Но однажды, когда он был прикован к постели болезнью, книга Джорджа Грегори обратила его к науке. Он поступил в Академию Олбани и так хорошо учился, что вскоре стал преподавать там математику.
В 1828 году Генри начал исследовать электромагнетизм, что привело его в 1831 году к изобретению электрического генератора — всего за несколько недель до того, как Майкл Фарадей объявил о том же достижении в Лондоне. Однако Генри не смог сразу опубликовать свои результаты, и честь досталась Фарадею. В 1836 году Генри допустил ту же ошибку, когда не сообщил о том, что заставил колокол звонить на расстоянии без использования проводов — первое доказательство существования радиоволн.
Карьера Генри как изобретателя со временем не заладилась. Дважды он помогал Сэмюэлю Ф.Б. Морзе в строительстве телеграфа. В ответ Морзе заявил, что Генри вовсе не помогал ему.
Судьба пришла на помощь в 1846 году, когда Генри предложили должность директора недавно созданного Смитсоновского института в Вашингтоне. Измученный конкурентными стрессами прикладной науки, он с радостью согласился. Однако незадолго до вступления в новую должность он услышал о механической говорящей машине, выставленной в Филадельфии, и решил нанести визит ее изобретателю, Джозефу Фаберу.
Коренной немец с ослабленным зрением и угрюмым характером, Фабер послушно продемонстрировал Генри свою «Эвфонию». Это была поразительная машина, которая создавала хриплую шепотную речь на любом языке с помощью сильфона, клавиатуры, ряда рычагов и пружин, а также искусственной головы с подвижными челюстями и языком.
В письме к другу Генри положительно описал Euphonia (машина говорила по-английски лучше, чем изобретатель!) и выдвинул несколько предварительных идей относительно ее использования. Возможно, думал он, более крупную версию можно установить на крыше пожарной части, где она могла бы выкрикивать местоположение пожара. А еще лучше, почему бы не соединить телеграфными проводами две одинаковые машины и, преобразуя действия одной машины в электрический сигнал, заставить вторую машину говорить? Хотя сам Генри не использовал этот термин, он фактически описывал чрезвычайно сложный телефон.